Пока чайник закипает
Ветер Перемен

Поэзия · 18+
О книге
Когда-то они пропустили автобус ради ещё одной чашки чая. Теперь после ссоры она снимает жильё на неделю и пишет ему, признавая, что не дала ответить на свои обидные слова. Согласится ли он встретиться — и смогут ли они наконец договорить то, что осталось недосказанным? Лирический цикл о близости, в которой чашки чая и паузы говорят не меньше, чем слова.
Бесплатный фрагмент
У входа ты меня настиг.
Монеты мокнут под дождём.
«Вот сдача». Медлю лишний миг.
Под козырьком стоим вдвоём.
Пакетик сахара намок.
Снимаешь с куртки осторожно,
Сминаешь в маленький комок.
Смеюсь. Сдержаться невозможно.
Напротив мокнет остановка.
Пора прощаться и бежать.
Мы улыбаемся неловко.
Но можно просто подождать.
Автобус скрылся за углом.
Не хочется за ним бросаться.
Я на часы взгляну потом.
Ещё успеем попрощаться.
Ты сдачу всё-таки вернул.
«Ещё по чашке?» — «Да, пойдём».
Ты дверь ладонью чуть толкнул.
Мы вместе в очередь встаём.
Нам на двоих здесь места не найти.
Беру две чашки за твоей спиною.
К тебе прижалась — мимо не пройти,
но можно задержаться здесь с тобою.
На шее след подушки. Ты убрал
нож дальше. Я губами согреваю
тот след. «Щекотно», — сонно ты сказал.
А я опять пройти не успеваю.
Вода шумит — знакомый звук дождей.
Труба гудит в ответ другой трубе.
Ты ставишь чашку рядышком с моей.
Твою я ручкой поверну к тебе.
Ключи и сборы вспомнятся потом.
У хлеба подгоревшие края.
Ты соскребаешь гарь с него ножом.
Молчим. Над мойкой — ты, а рядом — я.
Смеюсь, а ты толкаешься плечом.
В ложбинке шеи крошка замерла.
Смахну её, но как-нибудь потом.
Не трогаю. Она ещё тепла.
О ложке я почти уже кричу.
Ты говоришь: «Я только что пришёл».
Я тоже. Я договорить хочу.
Ты молча ставишь свой пакет на стол.
У лифта я с коробкой просидела.
Я начала рассказ — ты перебил.
Я про работу говорить хотела.
Ты про покупки к ужину спросил.
Вопрос был нужным. Только не тогда.
«Так надо было сразу мне сказать».
Уже не льётся шумная вода.
«Я говорила». Что тут повторять?
Любимый сыр — из твоего пакета.
Я вижу. «Но тебе же всё равно».
Ты гладишь ручки, не даёшь ответа.
И от моих же слов внутри темно.
Пакет шуршит под тёплыми руками.
Всё гладишь ручки — только и всего.
Я надеваю куртку. Между нами
шуршит подкладка. Больше ничего.
На неделю снимаю жильё.
Закипает вода. Тишина.
Здесь пока ничего не моё.
Я стою у чужого окна.
И автобус уходит к тебе.
Не к тебе. Он идёт по маршруту.
Повторяю упрямо себе,
замолкаю опять на минуту.
В телефоне чернеют слова.
Для начала я «даже» стираю.
Оказалось, была неправа.
Где мой дом? Я теперь и не знаю.
Вспоминаю тот сыр и тебя.
Я сказала: «Тебе всё равно».
Я и слышала только себя.
И ответ отняла заодно.
Я пишу: «Оскорбила тебя».
Говорю, но уже не себе.
«Ты согласен увидеть меня?»
Отправляю без «даже» тебе.
Прохожие проходят между нами.
Ты у метро стоишь немного сбоку.
Я подхожу неспешными шагами.
Я не мешаю этому потоку.
Ты говоришь: «Давай с тобой пройдёмся».
Под козырьком, где капает вода,
киваю, но пока мы остаёмся.
«Я не услышал твой рассказ тогда».
Я за ремень держусь. «Я нагрубила».
Теперь уже ты не отводишь глаз.
«Со словом “всё” я слишком поспешила».
И никаких дежурных общих фраз.
Я начинаю прерванный рассказ.
С коробкой возле лифта я сидела.
Ты рот открыл — и смолк на этот раз.
И говорю о том, о чём хотела.
Ботинок под дождём уже промок.
Раскрытый зонт ты держишь между нами.
Ты ждёшь — и получаешь мой кивок,
и поднимаешь зонт над головами.
Продолжение — в читалке Чи·Тай.