По Карелии
Ксения Федоровна

Детская литература · 6+
О книге
В последний вечер в Карелии семилетняя Вера раскрывает альбом: до сборов полчаса, а четыре дорожные истории ещё не закончены. Она дорисовывает мраморный каньон и вспоминает деревянные главы Кижей, пока кот Финик устраивается прямо на страницах. Но чистый лист всё ещё ждёт последнего рисунка — что Вера захочет сохранить на нём? Тёплая история о детском взгляде на Карелию и семейной близости.
Бесплатный фрагмент
В последний вечер поездки по Карелии семилетняя Вера заняла место у окна гостевого дома и раскрыла дорожный альбом. До сборов оставалось полчаса. Родители обещали пока её не торопить, и девочка рассчитывала закончить за это время четыре истории, показать их Финику и придумать ещё один, последний рисунок.
На деревянный стол падал вечерний свет. Складка занавески отбрасывала густую тень поперёк страницы, а медовый рукав Вериного джемпера казался возле неё особенно ярким. Девочка устроилась боком на широком сиденье и подтянула альбом к самому окну. Теперь светлая стена нарисованного каньона была хорошо видна.
— Финик, иди ко мне! Я буду показывать, где мы были.
Кот повернул к ней огромные уши. Вера сочла это хорошим началом: слушатель заинтересовался ещё до первого рисунка.
С Фиником она привыкла делиться всем занимательным. Случалось, что он засыпал прежде, чем рассказ доходил до самого важного места, но девочка охотно продолжала при следующем удобном случае. Сегодня ему предстояло узнать сразу о четырёх открытиях. Особого внимания заслуживали Кижи: туда Вера ездила с мамой, а кот оставался отдыхать с папой.
В альбоме уже теснились дорожные наброски: камень на недорисованных санях возле мраморной стены, большая деревянная крыша, под которой оставалось место для маленьких фигурок. Дальше главы храма заходили одна за другую так тесно, что Вера на мгновение задержала палец над рисунком. Она и теперь не была уверена, все ли они у неё поместились.
За лодкой, животными и человечками на следующем листе ждала совсем чистая страница. Девочка разгладила её ладонью. Сюда хотелось нарисовать что-нибудь особенно удивительное, чтобы альбом заканчивался как следует. Пока никакой подходящей мысли не приходило.
— С чего начнёшь? — спросила Алина.
Мама остановилась возле стола, и Вера повернула к ней несколько листов разом.
— С Рускеалы. У меня камень ещё не доехал. Я хочу сначала дорогу закончить.
На раскрытый разворот вспрыгнул Финик. Он немного потоптался, уложил округлый живот прямо на каньон и протянул длинный хвост через свободное поле. От стены остался виден узкий край, а от дороги — самое начало.
Вера посмотрела на кота, потом на закрытый им рисунок.
— Я тебя позвала смотреть. Теперь рисунок под тобой.
Финик следил за карандашом, который она держала над страницей. Стоило кончику приблизиться, как кот подался к нему носом. На лбу у него собрались такие озабоченные складки, что девочка рассмеялась.
— Ты даже не знаешь, на чём лежишь. Там целая скала!
Под кошачьим весом альбом начал съезжать со стола. Вера придержала его обеими руками и оглянулась на отца.
Денис уже нёс сложенное покрывало. Рядом с девочкой оставался свободный угол сиденья, и отец устроил там мягкую складку, в которой можно было свернуться почти вплотную к её боку.
— Финик, посмотри сюда. Здесь тебе будет удобнее.
Кот обнюхал ткань, переступил с бумаги на покрывало и подобрал хвост. Одну переднюю лапу он всё-таки оставил на альбоме, словно место на нём ещё могло понадобиться.
Продолжение — в читалке Чи·Тай.